"Не надо путать магазины с лабораториями"

03 сентября 2014, 13:19

О том, какой вред способны нанести человеку генномодифицированные организмы и может ли российский АПК увеличить производительность без использования ГМО, в интервью "Росбалту" рассказал заведующий лабораторией молекулярной и экологической генетики Всероссийского научно-исследовательского института растениеводства им. Н.И. Вавилова, доктор биологических наук Юрий Чесноков.

"Не надо путать магазины с лабораториями"

— О ГМО сегодня многие говорят и спорят, в том числе на фоне введения продовольственных санкций. Что вообще такое генетически модифицированные организмы?

— ГМО – это несколько упрощенный с научной точки зрения термин. В принципе, речь идет о продуктах, содержащих генномодифицированные культуры (это могут быть микроорганизмы, растения или животные). Но более точно, на мой взгляд, было бы говорить не о генномодифицированных, а генно-инженерно-модифицированных культурах. Это более строгий научный термин, потому что генетическая модификация как таковая происходит в природе и естественным образом. Именно модификация с помощью генной инженерии, произведенная человеком, а не природой, и указывает на некую искусственность в их получении.

— Столь ли опасны такие генно-инженерно-модифицированные организмы, как их зачастую представляют?

— Безусловно, в не очень добросовестных изданиях, увлеченных погоней за рейтингами, можно встретить много ужасающих теорий. Мне кажется, что это не совсем корректно.

Научное сообщество все возможные нежелательные явления и события, происходящие при возделывании и потреблении ГМО растительного происхождения, подразделяет на три группы потенциальных рисков: экологические, агротехнические и пищевые. Наиболее дебатируемые из них – пищевые. Но абсолютно любой продукт, прежде чем попасть на стол, должен быть выращен и обработан. Я считаю, что сегодня наиболее актуальными являются экологические риски, поскольку они первые в этой цепочке. А пищевые – уже заключительные.

Именно потенциальные экологические риски ГМО обуславливают те ограничения и опасности, которые вытекают из законов генетической и экологической изменчивости живых организмов, т.к. они затрагивают ДНК, вызывая изменения на генетическом уровне (появление мутаций), которые передаются потомкам в последующих поколениях. Исходя из этого, можно заключить, что потенциальные экологические риски заключают в себе опасность глобального нарушения эколого-генетического равновесия естественных и антропогенных систем, причем необратимого свойства.

Мне кажется, что если мы сможем позаботиться о нашей планете и об экологии на ней, то это, в конечном счете, повлияет и на сокращение потенциальных пищевых рисков.

— Значит ли это, что риски от ГМО не так уж высоки?

— Степень этих рисков на сегодняшний день оценить достаточно трудно. Дело в том, что пока недостаточно научных данных, которые можно было бы внятно и однозначно интерпретировать. Тем более, что проблема ГМО (будем употреблять этот более привычный термин) очень неоднозначна. Вы, к примеру, можете прийти в аптеку и приобрести лекарство, на котором абсолютно открыто будет написано, что это — продукт генной инженерии. Но без данного препарата некоторые больные не могут прожить — соответственно, мы не можем его запретить.

Что касается пищевых рисков, то не сам генномодифицированный организм, а его продукт — белок — может быть опасен для того или иного человека. Он может вызывать заболевания генного или иммунного характера у людей, которые не обладают защитной реакцией к этому ГМ-белку.

— То есть, как и в случае с различными аллергенами, каждый человек в идеале должен знать, какой именно продукт, содержащий ГМО, ему противопоказан?

— Вы же имеете возможность пойти и сдать анализы на те или иные аллергены и понять, можно ли вам есть тот или иной продукт. Так же и с продуктами, содержащими ГМО, — можно сделать ряд тестов. По законодательству стран, входящих в Таможенный союз, любой производитель обязан указывать о содержании в продукте питания ГМО, если пороговая величина последнего превышает 0,9%.

 

— В апреле председатель правительства Дмитрий Медведев заявил, что наша страна способна прокормить себя нормальными, а не генномодифицированными продуктами, и что, мол, пускай американцы травятся, чем хотят, а мы ввозить от них всякую гадость больше не намерены. На ваш взгляд, наш АПК действительно способен решить эту задачу?

— Лично я считаю, что да. У нас довольно большое количество пахотных земель. У нас все еще имеются прекрасные сорта, приспособленные к различным эколого-географическим регионам страны. У нас есть люди, которые умеют и хотят все эти сорта выращивать. Главное, что для этого нужно, – это помощь государства, как денежная, так и техническая, ученым и сельхозпроизводителям, занимающимся созданием и выращиванием отечественных сортов.

— Значит ли это, что мы должны отказаться от исследований в сфере ГМО?

— Нет, что касается научных исследований, здесь работу ни в коем случае не следует прерывать. ГМО, без сомнения, являются инновацией. Отказываться в научной сфере от трансгенных растений категорически нельзя, даже если правительство решит убрать продукты ГМО из магазинов. Мы не должны путать магазинные полки с научными лабораториями. В научных лабораториях трансгенные растения используют в качестве модельных объектов для исследования различных биологических процессов, протекающих в живых организмах, а не в пробирках. И на сегодняшний день реальной альтернативы этим исследованиям нет.

— А вы лично поддерживаете идею убрать продукцию с ГМО с прилавков российских магазинов?

— Я считаю, что здесь надо говорить не о ГМО, а о любой продукции, которая не проверена. Особенно это касается детского питания.

— Существуют ли уже проверенные ГМО-содержащие продукты, которые можно безбоязненно потреблять в пищу?

— Абсолютно безопасных продуктов вообще не бывает. Если для одного человека тот или иной продукт безопасен, для другого он может быть крайне аллергенным.

— Вы отметили, что Россия в состоянии прокормить свое население "натурпродуктом". Но ведь есть далеко идущие планы стать одним из главных мировых сельскохозяйственных экспортеров. В этом случае мы можем обойтись без широкого использовании ГМО?

— Я не эксперт в экономической области, но на основании бесед с коллегами из Израиля и Голландии — стран, которые являются крупными сельскохозяйственными экспортерами, — могу сказать, что ставка на ГМО совсем не обязательна. Эти страны, например, как раз стараются производить сельхозпродукцию без ГМО и тем самым завоевывать рынок.

 

Есть другой момент. Проблема голода на планете, как известно, стоит довольно остро. Сейчас в мире насчитывается около 800 миллионов голодающих. Дефицит белка составляет от 35 до 40 миллионов тонн в год. Население Земли только увеличивается и, по прогнозам, к 2050 году составит где-то 10 миллиардов человек. И всех их надо будет как-то прокормить. Соответственно, урожайность основных зерновых культур, таких как пшеница, рис и кукуруза, к тому же 2050 году надо будет увеличить по сравнению с 2010 годом раза в три, а то и в четыре. И конечно, генномодифицированные растения хорошо подходят для решения этой проблемы.

Вопрос в том, для каких стран это необходимо. Если для таких густонаселенных, как Китай и Индия, то это один вопрос. Но у нас в России такой проблемы нет. По прогнозам Высшей школы экономики, у нас наоборот ожидается сокращение численности населения. Если прирост и будет происходить, то, скорее всего, не за счет естественной рождаемости, а за счет миграции. Проблема голода для России, даже по прогнозам Международного исследовательского института продовольственной политики, расположенного в США, не стоит.

— Но есть еще проблема кормов, для которых используется ГМО-продукция. Запрет ГМО отразится на сфере животноводства?

 

— По данным Всероссийского НИИ кормов им. В.Р.Вильямса, у нас сокращается количество площадей под кормовые культуры. Но они, так же, как и ученые специалисты в области кормопроизводства из других НИИ нашей страны, не теряют надежды, что этот процесс обратим, и очень активно работают в этом направлении. На сегодняшний день существует только одна коммерческая генномодифицированная кормовая культура — это люцерна. Но она выращивается исключительно в США. К кормовым культурам, в принципе, также можно отнести всем известные сою и кукурузу, которые также выращивают на силос. Но здесь та же проблема, что и с продуктами для человека. Если животное употребляет генетически модифицированную культуру, это не значит, что оно превратится в кукурузу или сою. Проблема может возникнуть с белком, являющимся продуктом ГМО. Решение проблемы может быть в комплексном питании животных и в увеличении площадей под кормовыми культурами, традиционными для России.

— Но есть еще вопрос рентабельности. Насколько применение ГМО увеличивает эффективность производства?

— Это основной козырь сторонников коммерциализации. Но я читал разные статьи, в которых приводятся экономические доводы как в пользу, так и против ГМО. Но все сводить только к финансовым вопросам неразумно. Мы все-таки с вами являемся биологическими объектами. И если мы каким-либо образом повредим что-либо в себе, о каких финансовых прибылях может идти речь? Поэтому мне кажется, что человечество должно исходить в своих решениях из интересов будущих поколений, а не только из финансовых интересов тех или иных групп.

— То есть главная проблема ГМО состоит в том, что не доказана их безвредность?

— Совершенно верно, в этом вся суть. И когда мы сможем сделать однозначные выводы, абсолютно непонятно. Может, через 20 лет, может — больше. Есть два основных подхода, к которым прибегают специалисты, приводя те или иные аргументы. Первого придерживаются в США, Австралии, Канаде и в ряде других стран, в которых сильны транснациональные компании. Они утверждают, что генно-инженерно-модифицированный организм идентичен естественному, нетрансгенному. И дальше, исходя из этого, идут все выкладки.

Второго подхода придерживаются страны Европы, в том числе Россия и страны ТС – Белоруссия и Казахстан. Это принцип предосторожности, который состоит в том, что пока не доказано положительное или отрицательное воздействие продуктов, содержащих ГМО, необходимо сначала все хорошенько изучить, а потом уже решить, стоит или не стоит применять такие культуры. И, наконец, из самых общих соображений понятно: плохо, когда человек не в состоянии отслеживать и контролировать то, что сам же и создал.

— Но при этом ведь важно "не выпасть" и из научных исследований в этой сфере….

— Да. "Выпасть" из подобных исследований легко. А вот снова включиться в них будет уже очень и очень сложно…

Беседовала Татьяна Хрулева
 

Источник: ИА "Росбалт"

Также в разделе:

Производство говядины в России достигло очередного максимума...

Предприятия ЯНАО заготовили 1,1 тыс. тонн оленины...

Ферму по выращиванию фазанов и маралов планируют создать в кузбасском Калтане...

За 10 месяцев 2016 года в России произвели 5,7 млн тонн мяса...

Комментарии (0):

Эту новость еще никто не прокомментировал. Ваш комментарий может стать первым.

Войдите на сайт или зарегистрируйтесь, чтобы комментировать новости.

Также вас может заинтересовать

Генномодифицированные продукты не так опасны, как это принято считать
10 сентября 2014, 14:23
Существует не так много доказательств того, что ГМО-продукты действительно наносят непоправимый ущерб здоровью человека. В современном мире все большее количество людей предпочитает покупать органическую продукцию. Однако действительно ли органические продукты и продукты, не содержащие ГМО,...
Правительство хочет штрафовать за нарушения маркировки продукции с ГМО
8 сентября 2014, 08:25
Правительство РФ внесло в Госдуму законопроект об усилении ответственности за несоблюдение требований к маркировке продуктов с ГМО, сообщает сайт кабмина в субботу. Законопроект предполагает соответствующие изменения в Кодексе об административных...
Медведева попросили запретить импорт ГМО-продукции
4 сентября 2014, 12:33
Общенациональная ассоциация генетической безопасности России направила премьеру Дмитрию Медведеву обращение с просьбой запретить импорт продовольствия с генетически модифицированными компонентами, сообщают «Известия». Речь идет о запрете на ввоз 18 линий генетически...