Дмитрий Дюбуа: Реакция в обществе нас направляет

07 ноября 2014, 10:41

Известный предприниматель о социально ответственном бизнесе, поэзии и французских корнях

Дмитрий Дюбуа: Реакция в обществе нас направляет

– Дмитрий, это, наверное, первое интервью в вашей жизни, которое начнется не с вопроса о производстве, продукции, бизнесе... Итак, про поэзию! Расскажите, кому пришла идея маркетингового хода со стихами Коста, который переполошил всю республику?

– Начиналось все гораздо проще. В этом году у нас была запланирована так называемая ревитализация бренда. Периодически любой бренд нуждается в каких-то изменениях, доработках, с учетом того, как меняется окружающая среда, рынок. И в начале года мы, собственно, и приступили к этому проекту и обратились в одну достаточно известную московскую брендинговую компанию. Они нам предложили к окончательному рассмотрению три концепции оформления продукции. Одну из них – с условным названием «Истоки», – собственно мы и выбрали. Две другие были более нейтральными.  Когда мы проводили опрос в компании среди экспертов...

— То есть фокус-группа была?

– Да, конечно. Отчего мы отталкивались? Эта концепция под названием «Истоки» должна была отразить, прежде всего, происхождение продукта. Это — горы, пастух, или горец, которого предложили в качестве центрального образа бренда. Он должен был нести смысловую нагрузку, связанную с регионом происхождения компании и ее продукцией, с экологичностью, с природой...

Тут нужно небольшое отступление. Понимаете, сейчас ситуация на рынке мясопереработки очень сложная, особенно ввиду  экономических санкций. Конкуренция усиливается, покупательская способность населения, к сожалению, снижается, цены на сырье растут. Мы не можем и не хотим поднимать цены на свою продукцию, потому что она просто не будет продаваться. К чему это я? Нам надо было найти что-то, что нас бы выгодно выделяло среди основных конкурентов на рынке. Ресурсы наши, прежде всего финансовые, уступают брендам федерального и регионального значения: «Тавр», «Сочи», «Царицыно», с которыми мы конкурируем в нашем регионе. У них есть больше возможностей для того, чтобы нас обойти. Поэтому нами было принято решение остановиться на этой концепции, которая, на наш взгляд, выделяет нас из общей массы.

Я считаю, что если мы производим продукт здесь, на Кавказе, в Северной Осетии, то почему мы должны этого стесняться? Хотя звучали разные мнения, в том числе, что само понятие «осетинская колбаса» – уже само по себе странное явление. С другой стороны, мне кажется, что позиционировать себя как местного товаропроизводителя, который производит продукт в экологически чистом регионе, – не самая плохая идея.

Вот так мы после долгих обсуждений и остановились на маркетинговой концепции «Истоки». В качестве речевого модуля нам предложили стих безымянного автора о горах, красоте природы и так далее. И тогда мы подумали: если мы производители из Северной Осетии, зачем нам стих какого-то неизвестного человека, если у нас есть великий Коста? Ни у одного, кто это обсуждал, не возникло сомнений в нелогичности этого решения. Большинство работников компании поддержали нас, хотя, оно и понятно, что люди, производящие продукт, лояльны к бренду. Но мы провели опрос и среди потребителей непосредственно в розничных точках, то есть среди обычных граждан, жителей Осетии, покупающих нашу продукцию. И никто не сказал: «Почему? Ни в коем случае! Что вы делаете?!»  Реакция была позитивная, после чего мы приняли окончательное решение.

– Я не проводил специального соцопроса, но судя по комментариям на нашем сайте и по мнениям, которые я слышал в живой беседе, все-таки большинство, мягко говоря, не совсем поняли и приняли ваш поэтический посыл... Как вам кажется, почему? Вы же, теперь уже себе, задаете этот вопрос?

– Естественно. Мы общаемся с коллегами, спрашиваем мнения среди родственников, знакомых, просто покупателей, собираем информацию и анализируем. Я вам обрисовал начальные мотивы. Немного хочу остановиться вот на чем. Выбирая эту концепцию с акцентом на происхождение производителя, преследовалась еще и другая цель. У нас, мягко говоря, странное отношение к местным североосетинским производителям. У нас есть много великих людей, которыми мы гордимся. В основном, это те, кого уже или нет, или уехал за пределы республики. Совсем по-другому мы относимся к тем, кто приносит пользу здесь и сейчас. Мы априори плохо относимся к тому, что кто-то просто и качественно делает свою работу. Вот и получается некий такой диссонанс, разрыв между реальным качеством продукта и отношением к нему как к местному.

Я много общаюсь со своими коллегами-предпринимателями и знаю, как эти люди относятся к своему делу, месту, где они живут и работают. И это не зависит от сферы бизнеса. Вот, вы можете мне не верить, но лично я, при всём богатстве выбора, для своей семьи всегда покупаю продукт, который производится в Северной Осетии. Понятно, что на одной патриотичности и лояльности далеко не уедешь. Но я искренне считаю, что наши продукты, я сейчас не только и не столько про «Дюбуа», действительно на достойном уровне. Мне, правда, непонятно это двоякое отношение к местным производителям. Еще и поэтому мы приняли эту концепцию. Почему мы не любим говорить о том, кто мы и откуда мы?!

Знаете, когда мы только начинали, на наших pos-материалах в торговых точках продавцы отрезали место, где было указан наш адрес и говорили, что это продукция из Краснодарского, Ставропольского края. Этот момент мы, слава Богу, прошли, но, тем не менее, двойственность восприятия местного товаропроизводителя осталась. Я не говорю сейчас о колбасных изделиях компании «Дюбуа», я про пиво, минеральную воду, лимонад, кондитерку, рестораны, строительный бизнес. Если мы не будем ценить свое и не будем лояльны к местному, то как тогда будет развиваться экономика республики? Ведь именно от этого будет зависеть, как все мы будем жить. Может, это для кого-то пафосно звучит, но я правда так думаю.  И мне очень приятно, что есть хорошие примеры: в некоторых торговых точках уже выделяются специальные места для местных товаропроизводителей. Так и пишут: «Продукт произведен в РСО-Алания». Это на самом деле очень важно.

А что касается общественной реакции на размещение стихов Коста Левановича, то, проанализировав все, я хочу вам сказать, что очень счастлив, что есть такой  резонанс. Это говорит о том, что общество не спит. Самое плохое, что могло бы быть – это равнодушие. И здесь не столь важно, сколько положительных, а сколько отрицательных отзывов. Главное, что людям не всё равно. А если проанализировать свой поступок, свое действие, хочу сказать следующее: мы не учли некоторые важные моменты, связанные с ментальностью, отношением к творчеству Поэта, насколько это свято и высоко...

– То есть, вы теперь тоже считаете, что любить Коста и есть колбасу одновременно нельзя? Знаете, после моего материала на нашем сайте, меня даже называли врагом народа и обвиняли в том, что я недостаточно люблю поэта. Вот вам лично не обидно за все услышанное лично в свой адрес и в адрес вашего предприятия?

– Мы совершили определенный шаг. Я знаю, с какими намерениями я этот шаг совершал, мне не стыдно за это. Сказать, что мне обидно за эту реакцию, тоже неправильно. У меня нет никакой обиды, я просто вижу разные мнения. Не отрицая материальное, руководствоваться духовными ценностями – задача самая сложная. Гораздо проще духовное поставить на одну полочку, а материальное – на другую. Очень сложно это объединить. Но это как раз та задача, которая, в принципе, стоит сейчас перед человечеством.

Когда мы стали мониторить эту реакцию, я собрал своих сотрудников и задал вопрос: «Ребята, мы уходим с этикетки или нет?»  Реакция для меня была интересной: большинство сказали: «Нет, мы не уходим». Так отреагировал народ внутри компании. Но мы мониторим и мнения реальных покупателей, которые живут простой жизнью, у которых много проблем. И вы знаете, позитива больше. Но есть и другое мнение, и это мнение надо уважать и принимать. Наш смелый шаг вскрыл вопросы намного глубже, чем мы изначально в него вкладывали. В дальнейшем мы планируем проводить акции, направленные на популяризацию нашей национальной культуры и самобытности, в более продуманной качественной форме, руководствуясь полученным опытом и мнением экспертов в области культуры, искусства, образования.

В эти дни много говорили про маркетинг, прибыль, благотворительность. Ну, в том смысле, что если делаешь доброе дело, не нужно об этом заявлять. Мы к этому вопросу тоже уже подошли. Проводимые нашей компанией социальные мероприятия – это наша гражданская позиция. Но есть реакция общества, и сейчас на данный момент я знаю, что мы будем менять свое отношение к благотворительности, в самом ближайшем будущем – с начала следующего года. Мы уже в течение трех месяцев прорабатываем вопрос учреждения благотворительного фонда. То есть, мы будем и дальше делать добрые дела, но теперь не от лица компании «Дюбуа», а в контексте благотворительных организаций. Что нам это даст? Прежде всего, системный подход к этой деятельности компании. Это выделится в отдельное направление, будет своя структура, свой функционал, бюджет...

– То есть, благотворительность теперь для вас – это не отдельные акции, а отдельное направление вашей стратегии развития?

– Именно.  Благотворительность станет отдельным направлением нашей работы. И это позволит серьезно расширить возможности. В деятельности этого фонда смогут принять участие не только предприниматели, юридические лица, но и все желающие. Плюс, мы уйдем от недостаточно позитивной реакции некоторых представителей нашего общества, которую вызывают наши социальные акции и проекты.

– Дмитрий, я, например, не вижу ничего предосудительного в том, что та или иная компания пиарит свои социальные проекты. Вон, посмотрите на Западе, благотворительность стала стилем жизни богатых и успешных. Что плохого в том, что я буду знать, кто и сколько пожертвовал на то или иное доброе дело? В конце концов, может быть это и меня подвигнет на хороший поступок, разве нет?

– Знаете, если есть стойкое намерение что-то делать, надо это делать качественно. Нельзя не учитывать общий менталитет и реакцию той или иной группы населения. Помните пресловутое: живя в обществе, нельзя быть свободным от общества...

– Хочу все-таки вернуть вас к стихам и колбасе. Исходя из сказанного, я правильно понимаю, что вы будете и дальше использовать образ и творчество поэта, но в более продуманной и уместной форме?

– Мы все-таки приняли  решение уйти с этикетки. Это потребует небольшого количества времени, в республике она будет присутствовать максимум месяц...

– Извините, что прерываю, но важный момент: вы не можете не понимать, что уход с этикетки многими будет воспринят как признание вины...

– Вы знаете, виноватым я себя явно не чувствую. Я бы сказал по-другому  – это учитывается мнение части общества. Большей, меньшей, это спорный вопрос, но оно учитывается. Ту же самую задачу можно делать такими способами, которые однозначно не вызовут критики и негатива. И это главное.

– Дмитрий, я знаю, у вас сегодня состоится встреча с представителем рода Хетагуровых — Асланом Хетагуровым, что вы ему скажете? Кто инициатор этой встречи и зачем она? (от редакции: интервью записывалось 23.10.14)

– Инициатором встречи был я. И я хочу просто объяснить, что нами двигало. И говорить я ему буду то же самое, что и вам. Я очень благодарен всем тем, кто конструктивно критикует нас. Которые не просто клеймят и вешают ярлыки, а которые предлагают свое видение. Например, тот же дизайн тетрадей, о котором вы рассказали в своем материале. Сложно представить, что кто-то скажет, что и это плохо и неуместно. А если это произойдет, то люди просто пойдут против всего, законов логики, здравого смысла. Есть предложение вместе с нашей продукцией раздавать томики произведений Коста. Возник вопрос  ремонта дома-музея. Есть над чем подумать, и куда приложить свои силы. Знаете, время расставит все на свои места и будет ясно: кто и что хотел сделать. И сделал ли вообще.

– Я часто думаю о том, что методы работы чиновников, в том числе и от культуры, явно устарели. По мне, так куда конструктивнее постучаться в кабинеты бизнесменов и попросить средства на ремонт музея Коста, чем инициировать закон, ограничивающий упоминание имени поэта. Вот лично вы бы не отказали, если бы вас попросили помочь?

– Если мы затронули тему власти, то я крайне отрицательно отношусь к критике власти. Потому что это очень легко. Наверное, какие-то силы это должны делать, для власти это важно, иначе как она будет мониторить свою эффективность? Но чаще всего за этой критикой ничего не стоит. Можно посидеть на кухне, в хадзаре, перемыть всем косточки. Но хочется спросить: а ты что сделал? Есть достаточно мудрое и заезженное изречение: народ достоин своего правителя. Нам надо брать на себя ответственность за все, что происходит с нами. В обществе, семье, на работе и так далее. Для этого надо взять эту ответственность и в меру своих сил что-то делать. Если ты хотя бы способен позитивно мыслить, ты уже вносишь огромный вклад. Если ты можешь делать больше, делай больше. Поэтому рассуждать о том, надо им было или не надо собирать средства на ремонт музея, мне не хочется.

– И всё же, вы бы не отказали пожертвовать средства для музея Коста?

– Я думаю, большинство представителей бизнеса отнеслись бы к этому позитивно и поддержали бы эту инициативу. Понимаете, критика есть, мы видим негативную реакцию. Но Эльбрус, произошло действие. На мой взгляд, это все-таки очень важно – действие. Если человек адекватен и вменяем, он проанализирует свои действия, если они вызвали у кого-то вопросы.  Он обязательно откорректирует свое поведение, дабы его действие продолжилось и стало более эффективным. Вот это наша позиция. Повторюсь, реакция в обществе нас просто направляет.

Продолжу про благотворительный фонд. У нас есть рабочая концепция. Помимо традиционной благотворительности – помощи домам престарелых, детским домам, основной акцент мы будем делать на творческое развитие молодежи. Мы хотим не просто дать рыбу, а дать удочку. Другими словами, помочь нашей молодежи найти себя будь-то в творчестве, бизнесе, в каком-то другом деле. Просто заниматься ими. И это будет работа с причиной, а не со следствием, которая, на мой взгляд, будет приносить свои плоды. 

– Перейдем, если не возражаете, к делу. Можно оглянуться назад, когда все только началось? И да, очень интересует вопрос: почему выбор пал на колбасу? Была бы у меня такая красивая фамилия, я бы подумал, прежде всего, о шоколаде, парфюмерии, в конце концов...

– Начинал это дело мой отец. Почему такой выбор? Так просто, наверное, сложилось. Есть идеи дальнейшего расширения бизнеса и в других направлениях, где сочетание продукта и фамилии будет более гармоничным, но… как сложилось, так сложилось.

– И, тем не менее, Дюбуа сегодня – известный бренд. Можно в цифрах и о том, чего компания фактически добилась за эти годы?

– Компания входит в тройку лидеров производителей по СКФО, в двадцатку производителей ЮФО. На данный момент в компании трудится, если учесть и филиальную сеть, около пятисот сотрудников. Мы представляем республику на всех российских выставках, занимаем призовые места. Компания – лидер в Осетии. И, наверное, очень сложно заставить потребителя любить продукт, если он не соответствует критериям качества, ведь он за него «голосует» рублем.

– Дмитрий, о качестве вашей продукции не могу судить, я уже говорил, что не ем колбасу. Но часто приходится слышать, например, такое: вот в советское время была колбаса, хоть и не столько видов, но зато качественная, невредная. Наверняка, с тех времен изменились стандарты качества и контроля, это понятно. Но сегодня много говорят о полулегальных способах увеличения прибыли за счёт качества. Ну, вы поняли, к чему я клоню: соя, усилители вкуса, ГМО... Как с этим на вашем производстве?

– Моя позиция проста: если экономить на качестве, срок жизнедеятельности компании будет недолог. А мы на рынке с 1995 года, в следующем году будет 20 лет, как мы стали производить колбасные изделия. А вообще компания существует с 1993 года. Если сегодня не придерживаться таких направлений, как качество, безопасность и экологичность продукта, то выдержать конкуренцию с крупными и серьезными заводами, которые обладают, как я говорил в начале интервью, большими финансовыми возможностями, будет просто невозможно. Да и республика у нас небольшая, мы всегда на виду. К тому же, у нас нет нехватки в контролирующих органах, которые постоянно мониторят ситуацию и с продуктом, и с заводом.

– А есть логика в таком утверждении: если бы вы не были уверены в своем продукте, вы бы не назвали его своим именем?

– Это давление, безусловно, имеет место. Мне очень многие задают вопрос: а вы сами свою колбасу едите? Ем. Уже 20 лет как ем. И понимаете, если бы я не употреблял тот продукт, который сам произвожу, для меня было бы странным заниматься этим бизнесом.

– Сырье, то есть мясо, откуда берете? Наши производители могут обеспечить ваши потребности?

– С учетом тех санкций по ограничению ввоза импортного сырья, сейчас практически весь объем сырья российского происхождения. Это и птица, и свинина, и говядина. Говядина – это, в основном, регион СКФО, очень большие объемы мы закупаем в Дагестане, Чечне, Ставропольском крае. Крупные производители, у которых мы закупаем птицу, тоже расположены на Юге России. Качественную свинину производят в Ставропольском крае и Карачаево-Черкесии. Так что, как видите, работаем на местном сырье.

– А что вы думаете об импортозмащении, о котором сегодня все говорят? Правда, мы сможем себя прокормить?

– Несмотря на то, что санкции очень сильно ударили по нашей отрасли – произошел серьезный рост цен на ассортимент мясного сырья, я отношусь к этому положительно. Это хороший стимул для развития агропромышленного сектора. Безусловно, какое-то время будет тяжело. Но период «турбулентности» обязательно пройдет. Поэтому я считаю это правильным решением для страны и ее экономики. 

– А вообще, вы насколько политикой интересуетесь? Что вы думаете о том, что происходит в России? Я имею в виду Украину, санкции, противостояние с половиной мира? Не было желания свернуть бизнес и уехать?

– Политикой я интересуюсь достаточно глубоко, потому что мне это интересно как гражданину, как предпринимателю. По поводу уехать. У меня всегда возникал вопрос: а что я там буду делать?

– Как что? Колбасу!

– Колбасу? А с кем я там буду жить? А с кем я буду там общаться? Как я интегрируюсь  в эту среду?

– Вопросы не простые, это понятно. Я знаете про что? Свободу, которой становится все меньше. И вы не можете этого не замечать. И ее же ограничение может отразиться на бизнесе?

– На мой взгляд, если говорить о бизнесе, то таких возможностей и перспектив, которые есть в России, нет ни в одной западной стране. Там рынок настолько занят, ниши настолько заполнены... Так что вряд ли я там смог бы заниматься колбасой, да и чем-то другим. Есть еще другой важный момент. Я люблю свою родину и мне сложно даже чисто теоретически  представить себя в каком-то другом месте.

– Дмитрий, официальная статистика и власть утверждают: в Осетии есть потенциал и хорошие условия для ведения бизнеса. В быту слышишь: в республике невозможно открыть свое дело. Где истина? Как всегда посередине?

– У меня такой взгляд на это: есть определенная система, плохая она или хорошая, – это уже вопрос риторический. Надо просто жить и работать в этой системе. Если тебе что-то не нравится в этой системе, то ты можешь в меру своих сил и возможностей влиять на это. Главное, что есть те возможные ниши, которых уже нет на Западе. И если ты знаешь систему и нацелен на результат –  "дорогу осилит идущий"...

– Дмитрий, так те, которые сомневаются в потенциале и возможностях ведения бизнеса в Осетии, как раз и говорят, что в системе сбой...

– Есть такое хорошее выражение: кто-то ищет причину, а кто-то возможности.

– Зайду с другой стороны. К вам я приехал с очередного заседания комиссии по распределению грантов для предпринимателей. Как вы относитесь к такой господдержке предпринимателей? Лично я пока вижу, как многие, чтобы получить 300 тысяч «халявных» денег, создают специально ИП, ООО... Не развращает ли государство таким образом предпринимателей?

– Я исхожу из того, что поддержка и помощь не может быть ненужной. Не могу говорить о программе, которую вы упомянули, потому что не сталкивался с этим. Но могу привести пример. Моя сестра с подругой занимаются малым бизнесом, они организовали детский развивающий центр для деток от года до 12 лет. Центр функционирует уже год. И сейчас они подали на соискание гранта в Министерство образования, и если они защитят свой проект, они смогут получить порядка миллиона рублей. Понятно, что эти деньги будут очень полезны для развития их дела, потому что на данный момент этот проект пока дотационный.

– А вы лично когда-нибудь пользовались государственной щедростью? Я имею в виду любые формы господдержки.

– Недавно мы обсуждали свое участие в одной программе: государство возвращает до 50% стоимости оборудования, приобретенного предприятием, потратив на него до 10 миллионов.

– А что бы вы посоветовали молодому человеку, решительно пожелавшему быть предпринимателем?

– Раздавать советы – дело неблагодарное. На мой взгляд, для того, чтобы начать свое дело, прежде всего, нужно огромное желание, понимание того, что надо будет много работать и очень много учиться. И еще – огромная нацеленность на результат. Если эти слагаемые будут, будет и успех. Будут и ошибки, сложности, падения, но обязательно будет и взлет. Одним словом, все просто: работать, работать и еще раз работать!

– Чтобы не заканчивать на прозе жизни, я оставил на закуску вопрос, который, думаю, интересует многих. Как так получилось, что с Осетией связала свою жизнь такая звучная французская фамилия? Можно немного из истории вашей семьи?  

– Француз – это мой прапрадед. Он был активным участником  революционных событий во Франции, за что его и сослали в Польшу. Там он познакомился со своей женой, но и в Польше он не успокоился, и его сослали в Ростов. И уже потом мои предки оказались во Владикавказе. К сожалению, детальных и точных подробностей как-то не передалось в семье. Мама родилась в Грозном, но в школу уже пошла во Владикавказе. Отец родился в Ростове, но переехал во Владикавказ, где закончил 27-ую школу, в которой, кстати, училась и моя мама. Мы с сестрой  родились уже во Владикавказе.

Эльбрус Дзабиев

Источник: gradus.pro

Также в разделе:

Великолукский свинокомплекс включен в список лидеров по производству комбикормов России...

«Мираторг» стал поставщиком мраморной говядины для японской авиакомпании JAL...

Почти два миллиарда людей зависят от импортированной пищи...

В Беларуси выпустили первую партию колбасы из бобра...

Немецкий инвестор покупает две мясные компании...

Тайвань ввел запрет на потребление кошачьего мяса и собачатины...

Комментарии (0):

Эту новость еще никто не прокомментировал. Ваш комментарий может стать первым.

Войдите на сайт или зарегистрируйтесь, чтобы комментировать новости.

Также вас может заинтересовать

Бизнесмены из Челябинска построят в Новокузнецке пищевой холдинг за 10 млрд рублей
19 августа 2015, 11:57
ООО «Урало-Сибирская металлургическая компания», принадлежащая Юрию Антипову и Александру Аристову, в IV квартале текущего года приступит к строительству крупнейшего за Уралом агропромышленного комплекса, мощностью 45 тысяч тонн мяса в год. Холдинг будет возведен в Новокузнецком районе...
Предприятие «Гагарин-Останкино» в Смоленской области может стать лидером мясопереработки в стране
18 августа 2015, 12:47
В Смоленской области запустили вторую очередь предприятия «Гагарин-Останкино». Сегодня цех обвалки заработал в тестовом режиме. Производство посетил врио губернатора Алексей Островский. Региональные власти совместно с руководством ОАО «Останкинский мясоперерабатывающий...
Калининградские мясокомбинаты частично перешли на контрабандное мясо из Польши
13 октября 2014, 10:30
Калининградские мясопереработчики в ожидании обещанного импортозамещения и прихода новых поставщиков из дальних стран пытаются справиться с дефицитом сырья с помощью контрабандистов, пишет ИА "Росбалт". Как сообщил местным журналистам один из представителей отрасли, после введения...


Недавние ответы:
Горячее предложение